Сначала осмотрели порог снизу. Снизу слив не кажется круче того, что мы уже проходили. Почему везде написано, что он не проходим? Поднимаемся вверх, становится все круче и круче. Но что это? Мимо нас проплыл один Таймень, второй, третий… Значит порог проходим?… Видим плиты, с которых по описанию большой слив. Нет, их мы точно не пройдем. А как же те Таймени? Ага! Вот и другие. Доплывают до плит, а затем проводят. Перед плитами небольшая (~2-3м.) бухточка, а на мыске стоит здоровенный металлический якорь. (как он туда попал???) Его мы не проскочим, но для надежности привязали над ним оранжевую тряпку. Верхняя часть тоже проходима. Идем? Идем!

Наши уже перекусили и обносятся. Степенно и не торопясь, огибаем мыс, за которым уже слышен шум порога. Решаем осмотреть верхнюю часть порога повнимательнее. Дошли до плит. По пути запоминаем фарватер и обходим стороной осиные гнезда. На плитах уже пристроились наши и фотографируются на фоне порога. Кирилл говорит, что уже обнеслись и, типа, давайте побыстрее.

Отчаливаем. Заходим в порог как по маслу. Идем классно – хорошо просмотрели. Ловим кайф. Азарт только усиливается. Вот показался якорь. Срочно к левому берегу! Быстрее! Вперед! Но… Подвела память. Прямо по курсу камни. Они открываются один за другим. Они (гады) с воды совершенно не видны. Не успели совсем чуть-чуть. Цепляем носом за последний камень, Таймень разворачивает боком… Дальше все происходит очень быстро. Перед глазами желтовато-мутная вода в пузырях. Пытаюсь вдохнуть (сам не знаю зачем). Дышится плохо. Скорее это похоже на захлебывание. Быстро толкаюсь ногами, и меня проносит под байдой. Глубоко. Могучий рывок вверх! Я на поверхности. Меня несет на плиты. Под рукой – чалка (слава Богу, длинная!)… Я уже ногами на дне, стою, обтекаю. К низу тянут штаны. Неужели со мной случился казус?! Ведь все произошло так быстро. Осматриваю себя сзади. Это юбка, полная воды. Сразу отлегло… Но в замен пришло ощущение, что где-то меня подвело чувство жопы. Таймень представляет из себя плачевную картину. Он обернут вокруг камня. Нос, при этом, задран, корма приопущена. Теперь понятно, почему голова у Вовика сухая. Мы ощущаем свою полную беспомощность. Подходим к байде со всех боков. Дергаем ее по всякому. Байда ни с места. С берега нас заметили катамаранщики. Кинули реп с Ирбисом. Прицепили к чалке. Нас уже много. Тянут с берега, спустились к нам. С камня сняли. Подвели к берегу. Уже легче. Черпаемся канами. Сначала возникла было мысль посчитать, как Михалыч, количество канов, но быстро ушла. Отчерпались, насколько могли. Разогнули спины. Посмотрели друг на друга и Вовик произнес фразу, которая, с легкой руки Кирилла, стала девизом нашего похода: «А счастье было так возможно…» Стало веселее. Тут появились Кирилл с Лешей Калугиным. Кирилл ринулся в бой. Но даже с его помощью такую байду не поднять. По чьему-то совету делаем дырку в деке. Вода постепенно сливается. Леша в это время дает советы. (это называется: «Учить подрастающее поколение») Байдарку вытащили. Лешу послали. Он взял герму и ушел. Даже неудобно стало. Нельзя так с товарищем!

Предыстория: Дима уже четвертый день обещает искупаться. Но врет, не купается. Говорит, что, мол, одному ему неохота. Мол, вода холодная, и т.п. Короче, отмазыватся.

Плывем. Димка позволяет себе оскорбительные высказывания в адрес байдарки. Типа, что он ее до Куземы не попрет и что он приехал на ней кататься, а не она на нем, поэтому поплывет по Белому морю. Тактично замечаю, что байдарки – весьма утонченные создания и у них отдых тоже раз в год летом. И им хочется хорошо отдохнуть, а при таком отношении они могут бросаться на камни и даже ломаться.

Плывем к порогу. Сквозь толщу туч пробивается солнце и освещает физиономии (второй раз за поход) Димыч мрачно шутит что-то насчет прощания (хотя в глазах – задор).

Первую часть порога осматриваем и заучиваем как заклинание: вход – слева, затем по центру, затем направо и резко к левому берегу. В это же самое время осы строят свои домики, а толпы отдыхающих стекаются сюда для фотографирования на фоне Собачьего. Нам же ничего не остается, как плыть внутрь.

Довольно мило. Однако неловкие движения приносят нас на камень. Дима просит меня вылезти в реку. Вылезаю. Рядом ныряет и отфыркивается Дима. В глазах – удивление.

Наплававшись, он предлагает вызволить из воды байдарку. А ей все хуже и хуже. Ее тоненькая шкурка как-то неестественно свесилась в струи протекающей воды.

Вытащить ее на берег оказалось делом не легким. Хорошо, добрые люди помогли. Кто снял байду с камня, кто помог вытащить вещи.